Николаев уже два года живет без питьевой воды - перспективы на восстановление водоснабжения все еще остаются перспективами, не формируясь в планы с дедлайном. Кроме того, в городе также отключают свет, из-за чего приостаналивается выдача питьевой воды. Как николаевцы справляются в таких тяжелых бытовых условиях и как решается вопрос с восстановлением водоснабжения, - в интервью РБК-Украина рассказал мэр Николаева Александр Сенкевич.
Николаев уже больше двух лет живет в режиме отсутствия водоснабжения. В апреле 2022 года россияне взорвали внутренние сети, которые обеспечивали Николаев водой. За два года этот вопрос обсуждался большое количество раз, были привлечены инвесторы, но до сих пор у города нет никаких конкретных перспектив по восстановлению водоснабжения.
Помимо этого, Николаев, находящийся в относительной близости от линии фронта, периодически обстреливается. В городе, как и в других украинских городах, регулярно отключают свет, что сказывается на работе скважин для выдачи воды. В каких сложных бытовых условиях живут николаевцы и как справляются с этим, – в интервью РБК-Украина рассказал мэр города Александр Сенкевич.
– Обстановка тяжелая. Это связано, в первую очередь, с отключением электроэнергии, людям тяжело, это также влияет на подачу питьевой воды. Мы раздаем воду через специальные точки выдачи и во время отключения электроэнергии люди не могут получить воду. Проблемы с водой и электричеством создают серьезное напряжение, люди озлоблены. Отсутствие перспектив, людям ничего не разъясняют, графики меняют, тяжело подстраиваться, ломается техника, портятся продукты. Все это сочетается с отсутствием воды.
– Сколько приблизительно сейчас людей живет в городе?
– По нашим оценкам порядка 430 тысяч. Это связано с тем, что у нас же есть внутренне перемещенных людей – порядка 60 тысяч. Это люди, переехавшие с Николаевского региона, Херсонского. Николаевцы возвращаются, иногда в городе даже образуются пробки. Количество людей, которые хотят ездить общественным транспортом, растет. Зоопарк работает, магазины работают, кафе, все ходят, летники заняты.
– Сколько в целом в день у николаевцев нет света?
– Два часа есть свет, четыре часа нет. Иногда три часа есть.
– У "Укрэнерго" есть идея не отключать прифронтовые города и регионы от света. С вами это обсуждали?
– С нами об этом не говорили. Нас вообще ставят перед фактом. Нас даже не приглашают на совещания. Так как город не является ни соучредителем, ни управителем этих организаций, нас просто ставят перед фактом принятых решений.
У Николаева совершенно другая история. Если у людей есть возможность набрать ванну питьевой воды, ведро и, когда нет света, использовать питьевую воду, у Николаева нет такой возможности. Из-за перебоев с электроэнергий у точек выдачи воды в три раза уменьшилась их возможность работы. Вода даже не всегда успевает набираться, не работают диспенсеры. А на это нужно три тонны топлива.
– Мы видим, что периодически Николаев попадает под обстрелы, куда оккупанты пытаются попасть, какие у них цели?
– Не секрет, что они пытаются стрелять в старые военные объекты. По территории города в последний раз стреляли около месяца назад. Они, в среднем, раз в месяц пытаются стрелять по Николаеву.
– Обсуждается ли ситуация с усилением ПВО для защиты города?
– Нет, с местным самоуправлением ситуация с ПВО не обсуждается. В ОВА мне не говорят, что там обсуждается, у них своя коммуникация. Когда я езжу за границу в командировки, я на всех встречах говорю, что Николаеву нужно ПВО, потому что практически все ракеты, которые летят в Николаев, долетают. Но, понимая, что в городе практически не осталось военных объектов, нас не обстреливают.
– Какая сейчас ситуация с водой в Николаеве?
– Важно напомнить, что в Николаеве нет воды с 12 апреля 2022 года. На сегодняшний день город использует воду из другого ресурса, за который мы еще платим. Мы очищаем ее, чтобы сделать ее технической. Воду мы сейчас раздаем. Мы используем воду из водопровода, а также там, где можно пробить скважины, бурим скважины, очищаем их системами и раздаем воду бесплатно. Фактически у людей задача выйти сутра, взять две пластиковые бутылки и набрать воду для дома.
– А техническая вода?
– В ней можно купаться, мыть посуду, но не пить ее. Она есть, но проблемы с электричеством создают проблемы с водой. Но основная проблема – это точки выдачи воды. У людей есть сейчас проблема с получением питьевой воды на территории города.
Вода у нас техническая плохого качества, питьевую мы раздаем, проектом занимался Кубраков и Наем. После их увольнения проект по строительству нового водогона остановился. Меня не приглашали ни на какие совещания и я не в курсе, что там обсуждается.
– Николаеву же собирались помочь другие страны? Дания, например.
– Сумма средств очень большая, порядка 200-300 млн евро. Дания готова софинансировать, но она не готова быть единственной, кто это профинансирует. Поэтому она просит, чтобы другие помогали, включались, но мы пока не видим, чтобы кто-то включался.
– То есть, средства должны быть выделены из государственного бюджета и к этому прибавится партнерская помощь?
– Да, государственный бюджет, партнерский.
– И это все тормозится на государственном уровне?
– Да, потому что город не может этим заниматься, водозабор находится не на территории города, труба будет идти не по территории города. Фактически мы можем заниматься вопросами реконструкции очистных сооружений, но для этого нужно непосредственно начать проект работы. Нужно, чтобы определили главных участников этого проекта и так далее.
– Вы говорили об этом с Мининфраструктуры, с Кабмином?
– Мы со всеми общаемся, говорили уже большое количество раз. Они говорят, что они работают над этим вопросом. Но никаких продвижений мы в итоге не видим, никаких дедлайнов не ставится, мы не можем сказать, когда это вообще начнется.
Я считаю, что этот проект нужно делать максимально публичным, говорить об этом везде, потому что Николаев два года фактически без воды.
– Вы недавно заявляли, что вы не можете использовать средства на восстановление города. И говорили о том, что этот вопрос надо решать в Кабмине и в Верховной Раде.
– Да, есть правила, по которым можно использовать свободный остаток и его можно использовать на обустройство бомбоубежищ, оплату коммунальных услуг и зарплат, помощь армии и так далее. Несмотря на то, что есть объекты, которые мы были готовы чинить за бюджетные деньги, мы не могли этого сделать. Им надо внести изменения в Бюджетный кодекс, чтобы можно было эти средства использовать. Мы официально обратились, но когда ответ будет по факту, никто не знает.
– Да. Рабочая группа – это формальность, здесь же более серьезные процессы. Николаев и Харьков – два единственных города в Украине, которые подошли к процессу восстановления города очень глобально, с подготовкой, с мастер-планом. Сегодня мы работаем с Европейской экономической комиссией при ООН над созданием мастер-плана. Недавно была презентация этого плана, мы работаем над этим с итальянской компанией. Вместе мы готовим свои документы, которые будут базой для реализации стратегии по восстановлению города. Это все очень серьезная работа.
– А Сергей Коренев все еще является подозреваемым в уголовном деле по реконструкции Соборной площади?
– Да, идет суд.
– Он как-то представляет вместе с вами интересы Николаева в ваших заграничных командировках?
– Да, представляет.
– А у наших партнеров есть вопросы к его сегодняшнему статусу?
– Нет, они все об этом знают, посольство Дании и все, кто с нами работает, даже антикоррупционные инициативы. Все ожидают решения суда. Мы не привязываемся к личностями, мы работаем с Европейской антикоррупционной инициативой и меняем структуру. Структуру закупок, наших предприятий, наибольших потребителей бюджета. На основании этого меняем структуру, сейчас вводим первый наблюдательный совет в "Николаевводоканале", известная юридическая компания помогает нам в подготовке.
Опять же, мы первые в Украине, кто сделал сайт-отчет о международной помощи, больше таких нигде нет. Вся информация всей полученной помощи, начиная с 2022 года и до сегодняшнего дня, публикуется на сайте.
На самом деле, о полном восстановлении города, пока идет война, никто не может говорить. Мы можем заниматься отстройкой полуразрушенных зданий, а полноценным восстановлением города мы не можем. Поэтому мы занимаемся планированием, работаем по этому вопросу с нашими международными партнерами.
– Что, по вашему мнению, надо первым восстановить в городе?
– Мы сейчас занимаемся восстановлением жилых зданий, восстанавливаем школы – 51, 48, Аркаса. Это те объекты, восстановлением которых должен заниматься город. 48 и 51 нам нужно строить с самого начала, то есть, это не восстановление, а практически строительство новых школ.
Гимназию имени Аркаса мы восстанавливаем, это исторически культурное здание, которое пережило Первую мировую, Вторую мировую, а россиян оно не пережило. Поэтому сейчас работаем с нашими партнерами, которые зайдут на начало ремонта уже с первого квартала.
Сейчас надо создавать новое. Новые учреждения, новые заведения, здания. Не тащить старое. Есть исторические здания, которые нужно восстановить и реставрировать, но есть здания, которые реставрировать не нужно, их нужно снести и построить заново. Для этого есть архитекторы, историки, люди, которые оценят их историческую ценность. Это и написано в генплане, который мы постоянно синхронизируем с жителями.
– Российская пропаганда постоянно упоминает Николаев, называет его "русским городом", постоянно грозится его "освободить". Видимо расчет на то, что николаевцы запаникуют, к этому прибавятся бытовые трудности, которые угнетают. Какими вы видите настроения города?
– Я думаю, что николаевцы страдают от того, что в городе нет света, проблемы с водой. Но все помнят, что все это происходит из-за России, которая уничтожила наш водопровод, водозабор, обстреливает это место, не пропуская туда наших ремонтников. Это делают россияне, они убивают украинцев ежедневно. То же самое касается энергетики. Все николаевцы помнят, из-за кого это происходит и, я думаю, что здесь с каждым днем все больше и больше николаевцев, чьи родственники погибли от обстрелов или на фронте и ненависть к России с каждым днем подогревается с большей и большей силой. Россиян здесь, кроме их глупых ожиданий, ничего не ждет. Их здесь уже ненавидят так как ненавидели фашистов.